Мир

Надежда на будущее 1999 года- мечты сбываются!

Сеул — один из крупнейших промышленных и финансовых центров мира. В Сеуле работают около 20 000 предприятий. Главные отрасли промышленности: торговля, машиностроение, телекоммуникации, электроника, строительство. Уличная преступность здесь сведена к минимуму, наркотики еще не столь распространены, как на Западе, карманное воровство в столице не распространено, если вы забыли вещь на улице или в кафе, скорее всего, она спокойно дождется своего хозяина.

Время  ожидания отправки в Южную Корею –мне казалось, что это были самые тяжелые времена в моей жизни.  Я оставила сына у родителей, собрала последние деньги и приехала в Алматы в конце августа, к моему сожалению,  вылет с сентября перенесли на декабрь месяц, запасы  денег хватит на неделю, казалось судьба издевается надо мной, моя цель постоянно отодвигалась,  все давалось с трудом, на временную работу не брали, жить напросилась к подруге, сейчас понимаю, как трудно двигаться не уповая на Бога.

Если бы я знала, что перенесут дату вылета,   сама отвела бы сына 1 сентября в первый класс, как это обычно делают родители, хотя в моей жизни тоже родители не участвовали, в первый класс меня водила бабушка. Столько сожаления, скорби, обиды на жизнь и осуждения саму себя,  что я не рядом с сыном в такое ответственное и замечательное время – начало учебной жизни, но обратно ехать было стыдно,да и денег не было на дорогу. Чувство вины перед сыном меня съедало внутри, я сама прошла  эту боль одиночества в детстве, бабушка была строга и требовательна, а дедушка очень меня любил, хотя оно не проявлялось внешне, но нутром я чувствовала  его заботу.  Гордость за меня и в тоже время переживание за будущность, потому дедушка говорил мне много мудрости: «все, что на роду написано — ты должна пройти, не останавливайся на достигнутом, прощай  своих обидчиков, упала- встала и дальше двигайся, жизнь не легкая штука, храни свое сердце- не ожесточай и многое другое он говорил» при этом  мне не хватало моей семьи. Теперь мой сын оставленный родным отцом, и мной на два года, что творилось в его маленьком сердечке знал только один Бог, я успокаивала и оправдывала себя мысленно в своем сознании, что это временно.

Осознание нищеты и безысходности, заставило меня  принять решение — два года в чужой стране заработать на свое жилье и независимость.

С сентября по декабрь, начались хождения по мукам,  искала  любую подработку,  мыла полы, выгрузка-разгрузка на каждый день, напрашивалась убирать квартиры,  дни тянулись долго, мои белые туфли продырявились, каким-то образом в сумке оказался  желтый скотч, сейчас при виде желтого скотча я с улыбкой вспоминаю о тех днях и в тоже время с гордостью, что смогла преодолеть  эти трудные дни, когда  подошва стиралась и дырка увеличивалась, я  садилась на скамейку  и клеила подошву этим скотчем в несколько слоев, других идей на тот момент не было.. Каждый раз  клея дырявую обувь,  внутри себя проговаривала, придет время, я смогу  себе позволить любую красивую и дорогую обувь, со слезами на глазах я обувала единственную обувь, и шла дальше в поисках заработка на предстоящий день.

Бывали дни когда совсем нечего было кушать,  тогда  напрашивалась без приглашения к своим одноклассницам, или бывшим сотрудницам со старой работы, слава Богу в свое время заработала авторитет, потому они не отказывали  и угощали  чаем. Приходилось рассказывать  красивые сказки, что у меня все замечательно, на днях улетаю на заработки, вернусь  с большими деньгами, но ради своей плоти– желудка,  я шла на такой обман, конечно, они понимали мое состояние, видя как я жадно все поедала на столе,   мне было  стыдно и голодно,  но мои  мечты о будущем  давали силу и надежду.

Безработные дни я просто бродила по улицам Алматы, заглядывала в каждое окно красивых домов и представляла свою  квартиру, расположение, рисовала в воображении комнату сына, представляла его счастливое лицо и мне становилось спокойно. Каждый день  настойчиво ходила на фирму, которая дала надежду на будущность и  оставила без средств на существование, уволившись с работы раньше времени. Позже  по приезду в Корею я поняла, сложности трудоустройства наших граждан  в данной стране.

Сидя в салоне самолета до последнего  не верилось, что закончились  6 месяцев  ожидания. Группа  из Казахстана в количестве 30 человек прилетели  по контракту ночью в Сеул,  мое первое впечатление с  трапа самолета — освещение, столько много света. По детский  подумала — вот бы половина освещения в  Кызылорду, в 1999 годы с 17:00 часов отключали свет по всему городу, дети при свечке делали уроки.

Без сопровождения  мы благополучно приземлились в аэропорт Сеула,нас встретили  представители организации по трудоустройству- очень плохо говорящие по русский, а мы в свою очередь совсем не знающие корейского языка.

В данной группе были мальчики и девочки до 30 лет, на тот момент мне было 33 года  самая старшая. Без знания языка с листочком бумаги на руке, где прописаны основные слова приветствия и благодарности, мы вступили в новый этап  жизни с сюрпризами, даже не подозревая, что нас ждет впереди.

По приезду в лагерь нас накормили, приняли душ с дороги, повторно прошли на их территории основные медицинские обследования, сдали анализы. В период  ожидания результатов анализа с нами усердно занимались- показывали документальные фильмы о стране, говорили о порядке проживания в данной стране, о культуре  их жизни, о  депортации за нарушение контракта  и многое другое, еще  с нами провели инструктаж по технике безопасности на производстве, подписывали какие-то бумаги, не совсем понимая, что там написано.

И вот долгожданный день анализа, у всех все хорошо, хангуки – корейцы, очень боялись гепатита любой формы, видимо в тот период 1999 год это болезнь была сильно развита, и они подозрительно  относились к иностранцам. Мы заехали в Корею 20 декабря 1999 году и, несмотря на позднее время по результатам анализов, в 21:00 приехали работодатели с разных компании, нас выстроили  на сцену  актового зала, этот день я  запомнила надолго.

Представители трудоустройства Южной Кореи можно сказать продавали, работодатели подходили,  рассматривали, отделяли по группам, только зубы не проверяли, как это было при продаже рабов, они  о чем-то долго говорили, спорили  глядя на нас. Потом заключали сделку и,  не скрывая вручали какие-то конверты представителям данного агентства по трудоустройству. Последние 7 девочек остались на десерт– так мы  шутили до последнего, затем подошел один неприятный немногословный хангук, показал нам на выход, чтобы мы следовали за ним.

На улице было прохладно  декабрь, в  зимние месяцы в Сеуле держится минусовая температура, хотя сильные морозы редки и снега практический не было, только холодный пронизывающий ветер, но ощущение было как поздняя холодная осень.Мы обрадовались, что наконец-то это процедура распределения и торга закончилась. Впереди конечно нас ждало еще большее возмущение и разочарование. На улице стояла грузовая машина и нас загрузили в кузов машины,я смеялась, что нас как баранов закинули вместе с чемоданами,накрыли брезентом, девочки прижались друг другу плотнее, чтобы совсем не замерзнуть и каждая уже молчала от всего пережитого, голодные, уставшие пытались заснуть.

Машина выехала, и мы двинулись в неизвестное будущее, состояние каждой души видел и слышал один Творец — Бог.

Ехали в данном грузовике долго, 5-6 часов занимает расстояние от Сеула до Тэгу. Тэгу – четвертый по величине город Южной Кореи, после Сеула, Пусана и Инчхона. Расположен он в глубине Корейского полуострова, в широкой долине, и со всех сторон окружен невысокими горными хребтами. В долине, где расположен Тэгу, всегда сохраняется особый микроклимат: летом здесь жарче, а зимой холоднее, чем в других частях Корейского полуострова.

Главные отрасли промышленности города — это текстильная промышленность, металлургия и машиностроение, нас распределили  в текстильную фабрику.

Холодные, голодные мы под утро добрались до фабрики, нас завезли в вагончик, где были очень теплые полы,сказав,  в 6 утра на работу.   У нас не было сил разбирать чемоданы, мы просто  заснули на теплых полах, уставшие от трясучей дороги.  Сильным стуком нас разбудили рано утром, паспорта наши забрал работодатель фабрики,утренняя  перекличка, нам выдали  заранее приготовленные бейджики с именами и адресом компании, на случай если потеряемся.

Не понимая языка, начались наши первые конфликты,скандалы, ситуация выходила из под контроля. Мы радовались  работе, потому что нас кормили на фабрике, а оказавших в вагончике после работы мы голодали.  Было где спасть,душ,туалет и чай,вне работы мы должны были питаться сами, кто-то из девочек догадался  с собой взять  малые  деньги, запасы –немного конфет, сушки, печенье все съели. Отправляющая фирма обещала,что  будут кормить 3 раза в день, но ожидания не оправдались, иногда приходилось во время  обеда брать лишнее со столовой и прятать в карманы, чтобы вечером перед сном  перекусить. Хангуки заметили  и обвинили в воровстве,  нам очень вечерами хотелось кушать, организм трудно привыкал и даже не воспринимал корейскую пищу. Основа корейских блюд — рис и кимчи, острая маринованная капуста. Учитывая, что мы с Казахстана, через неделю на полдник начали давать булочки, вот мы и брали булочки  на вынос, чтобы перед сном поесть.

Каждой из нас открыли банковские счета для перевода зарплаты, на случай, если расторгнем контракт, уходя в нелегалы, чаще всего деньги становятся  недоступными,  при депортации  —  сбережения покрывают штраф за нарушение.

Работа была не легкая текстильная промышленность– тростильные,прядильные станки. Немного они отличались от тех, на которых я когда то  в молодости  работала в Москве, потому я быстро научилась. Нас оформили как  дешевую рабочую силу, работали в две смены, но платили  за одну смену- политика частных компании, чтобы поднять экономику, об этом конечно не озвучивали перед отъездом, и особо не понимали требования и условия капиталистической страны, нам обещали красивые цифры, но ничего легко не дается, все только трудом.

К моему счастью рядом оказались более  уверенные  и требовательные девочки, они начали звонить в Алматы жаловаться, заканчивались запасы мыла, шампуни, зубная паста, предметы личной гигиены, которые  привезли с собой на первое время.     Были убедительные  и настойчивые звонки, что данная компания отказалась от нас через месяц. Нас перевели в Сеул, зарплату прошлого месяца мы так и не увидели,  в Сеуле отработав 2 недели, девочки начали возмущаться от отношения местного рабочего персонала, вообще наша семерка была буйная, и  нас раскидали в разные компании по одному, в итоге  позже  девочки  ушли в нелегалы, не смогли смириться с таким отношением к себе.

Я осталась  одна, просилась обратно в Тэгу- текстиль, мне знакомо, учитывая мой возраст, мои слезы об одиночестве, что надо заработать много денег на квартиру, ради которой я приехала,  отправлять деньги на содержание ребенка, а я  уже 2 месяца без определенности.  Наше представительство по трудоустройству плохо говорящие на русском  языке сжалились    и вернули в промышленный город  Тэгу, но уже в другую текстильную компанию, где основной коллектив составлял – мужчины. Не помню название компании, но там я прошла стройбат – остаток своего контракта.

Кроме меня было 7 ребят из Индонезии, они говорили немного на корейском и английском, больше на своем,  Мои способности особо не отличались  казахский и русский, английский –школьная база, корейский ноль. Население очень уважают свой язык, понимая английский они могут игнорировать, принцип  — приехал  в Корею  учи  и говори на их языке.

Хангуки очень трудолюбивый народ,  на фабрике работали простые рабочие, в основном без высшего образования, они  не представляли ничего о других странах кроме своей. Завоевать уважение мне пришлось очень долго и упорно.  Оглядываясь назад, понимаю, как Бог смирял мой характер, мою гордость, значимость в слове Я, с самого детства хорошо или плохо — все  решала сама, трудности и проблемы в школе, в студенчестве, доказывала, что я сильная и со всем сама справлюсь без помощи и не обращалась никому за помощью., дедушка всегда говорил, ты должна сама за себя постоять и не надейся на кого-то.

После института гордилась своим Московским дипломом и своим знанием, тут я никто, дешевая рабочая сила, незнание языка меня обезоружило, мне стало страшно, страх -выживу ли  в этой стране, выдержу ли  контракт до конца, с чем  вернусь домой  и много других вопросов мучило меня, казалось, что   сойду с ума, по жизни общительная — мне  не хватало общения, разговора.

Меня определили в покрасочную компанию, я сшивала концы метровых ткани один конец к началу другого рулона и опрокидывала ткани размером  5000 метров в железные тележки,после толкала к покрасочному оборудованию на расстоянии в 200-300 метров от своего рабочего места.  Целый день стоишь на ногах  за швейной машинкой при этом одна нога на педали, а другая без движения и таких огромных тележек я сшивала за 2 смены работы по 20-25 тележек, с 6 утра до 11 ночи – мой график работы, без выходных.

К вечеру болели руки от опрокидывания огромного метража ткани, поясница от толкания  тележек и ноги от стоячей работы с 6 утра до 11 ночи. Через пару месяцев я забыла, какой день недели, не было выходных,  ночью доползала до своей комнаты и просто засыпала на теплом полу, утром в 6 новый день. Потихоньку я приспособилась к данному графику, глаза рабочих стали привыкать к моему типажу лица, как немая объяснялась жестами. Не нравился мне их менталитет, некоторые поначалу пытались со мною заговорить, но видя, что я не понимаю, они злились и могли дать мне слегка подзатыльник, хозяин компании показывал мне мою работу, проверял иногда пытался мне объяснять, но видя мои вопросительные глаза он мог просто хлопнуть меня по попе.

Меня оскорбляло их отношение-скорее это  обычаи, в моем возрасте в чужой стране, с высшим образованием,имею ребенка.  Какие-то шутки в мой адрес и насмешки иногда меня выводили из себя, много раз я швыряла на них все, что попадало  под руки, рыдала- это их забавляло.Однажды после ужина я схватила кухонный нож и хотела броситься на того кто больше всех надо мною смеялся и дразнил, но благодарю Господа, что в тот момент аджума(в возрасте 50 лет) — кухарка столовой удержала меня, и я впервые обняв ее громко рыдала и она меня крепко обняла, почувствовала мое отчаяние и борьбу с непониманием. Остаток времени я просто не вышла на работу, настолько я рыдала громко, внутри все разрывалось от всего, что пережила с момента ожидания поездки —  начиная с Алматы и эти несколько месяцев уже в Корее — неопределенность, безысходность,   незащищенность и усталость. Я не просто плакала, а кричала  по русский, вслух обвиняя всех и все, все кто видел мое состояние и слышал мое рыдание, они не понимали моих слов, но понимали мое состояние сердца — что это было полное отчаяние и крик души.  От бессилия я уснула, не отработав до конца смену, при желании они могли меня поднять, потому что общежитие из 3 комнат располагалось прямо на территории фабрики рядом со столовой, но никто меня не побеспокоил в тот день, дали возможность выспаться и отдохнуть.

Повариха рассказала хозяину и поговорила со всем коллективом, на завтра утром я шла на работу со стыдом за вчерашнее свое поведение, и страх, что меня хозяин накажет за то, что оставила раньше времени свою работу.  С утра сразу пошла на производство, в столовую заходить было стыдно, каждое утро все рабочие приходили на работу и шли завтракать в столовую. Рацион питания был однообразный – лук, чеснок, стручковый зеленый или красный перец, соя, вареный рис и рисовый чай, вода. На обед варили супы травяные, мясо практический не было, по праздникам иногда готовили чикен- курицу и какой-нибудь салат с майонезом. Хозяин не очень баловал едой, скупая пища была,  при такой работе не было выбора – ела все подряд, чтобы не свалиться от голода.   На следующее утро после моей истерики, видимо я напугала весь коллектив, все поменялось, хозяин проявил сострадание,  на полдник стал выдавать мне молоко и булочки за вредность- пыльное производство было, аджума  любое свободное время во время завтрака, обеда и ужина  начала заниматься со мной, показывала всю кухонную утварь и говорила на корейском, я брала ручку и бумагу, писала и рисовала, что и как называется. Рабочие на производстве, кто соприкасался со мной при работе также начали участвовать в моем изучении языка. Даже девочка в офисе прибегала иногда угощала меня мороженым и выделяла мне ручку и бумагу, для изучения их языка, и чтобы  писала домой письма.

С  первого дня прибытия  я отдала копию расчетного счета  мамы и показала фото своего сына,   нарисовала 100 долларов, директор порядочно ежемесячно отправлял с моей зарплаты и показывал мне квитанцию. В плане финансов он был порядочным,предоставлял отчет о расходе моей зарплаты – кредит за мой приезд, перевод денег для сына на счет мамы и остаток на расчетном счете. Я приложила все усилия по изучению языка,  разговорный в первую очередь надо было для меня, чтобы начать общаться с людьми. Перестала себя жалеть и сожалеть, начала  планировать время, чтобы успевать всю работу, а также учить корейские слова, чтобы почувствовать себя полноценным человеком и к большому удивлению не заметно для себя через 3 месяца я заговорила на корейском языке. А через полтора года  поймала себя на том,  что я мыслить стала на корейском.  Вот так  заслужила уважение коллектива своим трудолюбием, оказывается человек привыкает и приспосабливается к любому порядку – было бы желание и решения всегда остается за нами, я больше не уставала от 16 часов работы, успевала убирать двор завода, туалеты  и хватало сил после работы принять душ, и иногда из остатков бракованных отрезов  ткани  сшить себе брюки, шорты, кофты, — это тоже была экономия моего бюджета. За два года работы в Корее я скинула 26 кг веса, стала стройная, легкая на подъем, даже на кореянку стала похожа.

Отпуск в Корее небольшой: максимум 10 дней, поэтому все стараются отдыхать в национальные праздники. На корейский Новый год — феврале, отдыхают 4—5 дней. В конце октября  и в начале ноября отмечают сразу три даты: День благодарения, день корейской письменности и день основания корейского государства. Отпуск положено только гражданину Кореи, а я отдыхала за 2 года своей работы только в эти праздничные дни. Хозяин на эти праздничные дни выделял определенную сумму на питание. На хозяйственные нужды и небольшую премию в размере 20-40 долларов. Мне нравились эти праздники, выделенную сумму я экономила. Жизнь меня научила со студенчества все экономить и правильно распределять деньги, во многом себе отказывала. Просто бродила по улицам города, ничего лишнего не позволяла себе, старалась купить для сына — цветные карандаши, ручки, фломастеры и собирала их к отъезду.

Так пролетело два года моего контракта,  к моему удивлению директор предложил мне остаться на 3 год, даже предложил привезти сына и остаться у них работать, но я хотела только одного – исполнить свою мечту, купить квартиру, ради чего была заплачена дорогая цена — разлука с сыном.Я вернулась на родину, в Алматы купила двух комнатную квартиру, привезла сына и как обещала ему – у него была своя комната, своя кровать, свой стол с новым компьютером, все, о чем я мечтала перед отъездом на тот момент — исполнилось, школа  сына рядом с домом.

Знание корейского языка мне помогло устроиться на туже фирму, которая меня отправила  два года назад на заработки. Работая инструктором — преподавателем корейского языка я готовила отъезжающих в Корею всему, что сама прошла, делилась опытом, учила языку  и всем, что предстоит им столкнуться на чужой территории.

Ничего в этой жизни не бывает просто так, сверх сил тебе Всевышний не даст, верить в себя, мечтать и своими действиями идти к цели, не бояться трудности, а учиться их преодолевать и надеяться на будущее. Во всех наших начинаниях это главное результат-финиш, все прошло и хорошее и плохое, сейчас я благодарю за тот период времени — это очередной опыт жизни, и подъем на новый уровень – смирение, твердость, уверенность и независимость от людей, только желанием жить и стремиться к лучшему  сбываются  МЕЧТЫ.

 

Автор: Жанна Найманбаева

Больше:Мир

Оставьте коментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вам также может понравиться